CITES

Конвенция

по международной торговле видами дикой фауны и флоры,

находящимися под угрозой исчезновения (СИТЕС)

(Вашингтон, 3 марта 1973 г.)

Договаривающиеся Государства, признавая, что дикая фауна и флора в их многочисленных прекрасных и различных формах являются незаменимой частью природных систем земли, которые должны быть охраняемы для настоящего поколения и для будущих, сознавая все увеличивающуюся ценность дикой фауны и флоры с точек зрения эстетики, науки, культуры, отдыха и экономики, признавая, что народы и государства являются и должны быть наилучшими хранителями их собственных дикой фауны и флоры,

признавая к тому же, что международное сотрудничество является необходимыми для защиты некоторых видов дикой фауны и флоры от чрезмерной эксплуатации их в международной торговле, будучи убежденными в необходимости принятия надлежащих мер в этих целях, согласились о следующем:

Хищный гриб, уничтожающий нематод, несомненно, является другом человека, но есть грибы, которые являются его врагами.

С давних пор, примерно с X — XII века, известно заболевание людей, при котором отмечалась общая слабость, потеря аппетита, рвота, сильные боли в желудке и кишечнике. В тяжелых случаях у больных наступало искривление рук и ног или их омертвение, а при очень тяжелом заболевании мягкие ткани на конечностях чернели и отделялись от костей.

В Западной Европе эту болезнь называли «огонь святого Антония» в честь ордена святого Антония, посвятившего себя уходу за больными, в России она была известна под названием «злые корчи». Долгое время не могли установить, что же вызывает эту болезнь. Позднее выяснили, что виновником является паразитический гриб спорынья, образующий в колосьях ржи черные рожки. В этих рожках содержится ядовитое вещество эрготин. При размоле зерна, пораженного спорыньей, эрготин переходит в муку. Хлеб и другие изделия из такой муки сохраняют свои ядовитые свойства и при употреблении в пищу вызывают такое тяжелое заболевание. Его позднее назвали эрготизмом.

Интересны также трутовые грибы. Их некоторые свойства используются для получения так называемой декоративной древесины. В начале своего развития трутовый гриб, не нарушая прочности древесины, откладывает в ней различные пигменты, в результате чего появляются цветные пятна, полосы, разводы.

Как же устроено тело хищных грибов? Они, как и многие другие грибы, имеют хорошо развитый мицелий, но гифы образуют множество мелких петель, расположенных под прямым углом одна к другой. Петли чрезвычайно клейки, так как их клетки выделяют вязкую жидкость. Если передвигающаяся в почве нематода случайно попадет в одну из петель, она сразу же приклеивается, как муха к липкой бумаге. Нематода начинает энергично бороться, стараясь освободиться. В результате, как правило, попадает в другую петлю и приклеивается еще больше. Часа через два ее движения замедляются, затем прекращаются.

Поймав нематоду, гриб должен ее «съесть». Это совсем просто. От петли по направлению к нематоде отходит очень тоненький росточек, внедряется в нее и быстро там разрастается, образуя новые гифы, которые заполняют все тело нематоды. Под действием особых веществ, выделяемых грибом, нематода разрушается. Продукты ее разложения всасываются грибом. Весь процесс протекает примерно в течение 24 часов, и в конце от нематоды остается одна кожица. Содержимое из гиф в теле нематоды переливается обратно в основное тело гриба. Опустевшие гифы и остатки нематоды разрушаются.

Английский исследователь Даддингтон отмечает, что борьба нематод с грибом при наблюдении под микроскопом производит ужасающее впечатление. «К счастью,— пишет он,— трудно испытывать жалость к нематодам, иначе изучение хищных грибов было бы тяжелым испытанием для любителей животных».

Начало истории затерялось в глубине веков, где-то более двух тысячелетий назад. Именно таков возраст странных каменных скульптур, которые нашли при археологических раскопках в Гватемале. Эти скульптуры имеют форму гриба, похожего на подосиновик, на ножке которого высечено изображение мифического духа или бога.

Грибы-идолы, изваянные в III—VI веках нашей эры, принадлежат племенам майя-кичу, жившим в горных районах Гватемалы. В те времена у жителей Центральной Америки существовал некий культ священных грибов. В знаменитой хронике монаха-францисканца Бернардино де Саагуна, жившего с 1529 по 1590 год, говорится, что индейцы, населявшие разрушенную испанцами страну ацтеков, во время своих религиозных празднеств употребляли какой-то неведомый волшебный гриб, вызывающий опьянение и галлю цинации. Испанский монах называет этот гриб порождением дьявола, но индейцы считали, что в нем заключена божественная сила, и назвали его «тео-нанакатл», что означает «божественный гриб». Индейцы верили, что употребление дьявольского гриба было привилегией жрецов. Он был способен, по их мнению, превращать жрецов в ясновидцев, позволял узнавать причины болезней и указывать пути исцеления.

Позднее сведения о волшебных грибах затерялись. Сначала указания летописцев рассматривали как плод средневекового суеверия, а потом и вовсе забыли о волшебных грибах. В начале нашего века некоторые ботаники высказали убеждение, что испанские летописцы стали жертвой недоразумения и спутали грибы с мексиканскими кактусами, некоторые виды которых, как известно, содержат дурманящие алкалоиды.

О магических грибах вспомнили снова в 1936 году. Один из путешественников, изучавших обычаи южноамериканских индейцев, сделал важное открытие. Оказалось, что в некоторых отдаленных горных районах юга Мексики до сих пор сохранились таинственные языческие ночные обряды, во время которых туземцы едят сырые грибы.

Вскоре началась вторая мировая война, ученым было не до грибов, и возможно, что на этом история с грибами окончилась бы, если бы ею не заинтересовалась одна американская чета — банковский служащий Р. Дж. Уоссон и его жена Вера Павловна — детский врач. Уже более тридцати лет супруги увлекались чрезвычайно редкостной наукой — этномико логией, наукой, которая изучала влияние грибов на развитие культуры различных народов.

В 1953 году они вдвоем отправились «по грибы» в горную мексиканскую страну мацатеков. Индейцы встретили путешественников с большим недоверием. Чтобы преодолеть страх и отчужденность местных жителей, супруги-этномикологи поселились в их дере-вушке. Неохотно согласились индейцы поделиться с ними своей тайной. Лишь спустя два года Уоссону впервые удалось присутствовать при тайном грибном обряде. Он был первым белым человеком, которому индейцы разрешили вкусить божественных грибов.